г.Ульяновск

Глава 14

Голос Чукчи распиаренного врезался в мозги и теперь не отпускал.

Уважаемые жители Поволжской области! Высокий уровень преступности в нашей родной Поволжской губернии докатился и до губернаторского кабинета. Я располагаю достоверной информацией из надежного источника о том, что похороненный сегодня губернатор Филипп Матвеевич Теплов, оказывается, умер не своей смертью.

Как показало вскрытие и экспертиза, он отравлен очень дорогим и редким, сильно действующим ядом. Яд, скорее всего был подсыпан губернатору в день его смерти в кофе. Прокуратура подозревает в совершенном преступлении его молодую любовницу Королеву Александру Николаевну. Официальное обвинение убийце будет предъявлено уже сегодня.

Нашла что помнить! Так и с ума можно сойти, а ей надо оставаться в здравом уме и трезвой памяти еще лет тридцать, не меньше. Таков ее жизненный план. Надо успеть поставить на ноги сына и дочь. Порадоваться на них взрослых и умных. Понячить своих внуков, а может и правнуков. Так что ну его на хрен этого истеричного чукчу. Надо думать о чем-нибудь приятном. Боженька поможет. Все наладится….

* * *

Потом сами собой мысли остановились на воспоминаниях об Андрее Бердникове. Видно толко каленым железом его можно из сердца выжечь… Интересно, он уже знает?

- Я так хочу, чтобы ты была рядом. Целуется хорошо, душевно. Может поверить? Вовремя вспоминаю анекдот:

- Я так хочу, чтобы ты была рядом, дорогая!

- Рядом, я сказал!

Как давно это все было, в другой жизни. Как-то случайно, оказались на одном семинаре в Москве. У Саши возникло, конечно, подозрение, что не совсем случайно вместе с ней на семинаре для специалистов по выборным технологияма оказался предприниматель Бердников. Спрашивать Андрея она не стала. Номер он тоже случайно снял в гостинице «Космос», где еще с утра поселилась Королева.

Вечером после занятий Саша зашла к Андрею в его люкс, тоже как будто бы случайно. Дверь была открыта, позвала Андрея, никто не откликнулсясела в кресло, решила немного подождать. Выходит минут через пять ее красавчик из ванной комнаты в одном полетенце. Кашляет, на журнальном столике стоит маленькая баночка меда, решил лечиться старым дедовским методом.

- Саш, разотри меня, пожалуйста, завтра надо доработать, а таблетки не люблю глотать.

- Легко, - откликается зашедшая совершенно случайно в его тоже случайно оставленную открытой дверь Александра. Встает она, берет баночку с медом и действительно начинает растирать только что помывшемуся больному.

Она старательно растирает его спину, заботясь о скорейшем выздоровлении товарища по группе на таком важном для него семинаре. Он же преднамеренно, как пишут в милицейских протоколах, прислоняется к ней своей уже липкой спиной. В романах перед поцелуем надо долго объясняться, выразительно смотреть в глаза и просить разрешения у прекрасной дамы. Бердников же, нарушая законы красивого жанра любовного романа, начинает ловить ртом ее измазанные медом руки и целовать их.

- Королева моя, какая ты сладкая.

- Просто мед качественный, – пробует увернуться Саша от его липкой спины, ей пока новый белый свитер жалко.

Андрей поворачивается к ней лицом:

- Грудь не забудь, помажь мне медом сердце, оно все изболелось без тебя.

- Товарищ больной, не пачкайте доктору спецодежду и не мешайте работать.

- Доктор можно я вас поцелую?

- Больной, да у вас глюки, думаю, мед вам не поможет, надо выпить жаропонижающее, успокоительное и постельный режим.

- Я согласен с вами, мой доктор, выпить и постельный режим! – Андрей хватает Сашу на руки, несет к бару, изловчается, открывает бар. Достает бутылку виски, держа свою королеву на руках, делает несколько глотков из горла, потом садится продолжая держать Сашу на руках в кресло, подносит горлышко бутылки к ее губам:

- Выпейте и Вы, мой любимый доктор, а то ненароком подхватите от меня тяжелое сердечное заболевание.

А зачем было еще пить, она и так была пьяна от его сладких, долгожданных губ, сильных рук. «Про такую любовь пусть снимают картины, и пускают в кино до шестнадцати лет…»

* * *

Отпустили Сашу в два часа ночи, нет пока оснований задерживать. Они рассчитывали, что Королева расскажет им жуткую историю про то, как ее заслали вскладчину ЦРУ и МОССАД на деньги американских и израильских налогоплательщиков со стратегическими целями, чтобы подорвать могущество нашей великой, по-размеру, державы, погубив красу и гордость России город Повлжск, в народе называемый Мухосранском, через коварное отравление его губернатора. Нет, менты, нам не кенты!- думала она, спускаясь по лестнице, на плохо гнущихся от долгого сидения на стуле, ногах.

И за что так ее водители любят? Серега дождался Королеву, а мог бы уже часов семь спать. Спасибо, мальчик. Едут по ночному городу. Саша, как может, успокаивает своего старого проверенного товарища молодого водителя Серегу. Все будет хорошо. Все будет. Все…

Спит барсук в своей норе,

Спит собачка в конуре.

Медвежата спят в берлоге,

В одеяло спрятав ноги….

Дома не спит Варюшка, мешает кашель, из-за этих козлов в милицейской форме не сделала ребенку ингаляцию. Придется давать лекарство среди ночи.

- Спи, мое сердечко, мама дома.

Не спит Ирина, не смотря на то, что ей велено было оставить детей тете Вере и идти домой, она с места не тронулась. Она не такая, чтобы верит девушке, которая передает ей что-то насчет детей по телефону. Ирина взбудоражена: в квартире произвели обыск, они с Верушкой были понятыми, поэтому соседи пока еще ничего не знают. Сама взволнованная, она успокаивает Сашу:

- Не переживай, они только формально порылись в ящиках твоего письменного стола. Забрали все старые дискеты, диски, кассеты.

Саша просебя думает: да, много веселого они там увидят! На видеокассетах записи тренингов. Дыродарский бы за эти кассеты много дал. Там есть интересные записи про Теплова, кино про то, как я отучаю его говорить по-совковски и учу новым для него словам: не бизьнес, а бизнес, не ивнестиции, а инвестиции.

Записано и кино про то, как отучаю Бердникова Андрея от буржуйских жестов, он в начале тренингов специфически жестикулировал. О чем бы не говорил, руками все к себе загребает, пришлось кандидата погонять, прежде он научился делать открытые жесты, от себя, которые дают понять наивному избирателю, что он все отдаст, последнего не пожалеет для простого человека! И про многих других есть. Готовый компромат про самых известных политиков губернии.

Не спит и Веруха, все еще отвечает на вопросы по телефону.

- Веруха, сердце-то не рви, нам с тобой еще лет по тридцать жить надо. Подсела на диван поближе к своей подружке и тщательно вытерла ее слезинки.

- Верка, не распускай сопли. Но пасаран, прорвемся!

Не спит добрый детский доктор Люся, звонит каждые пятнадцать минут и спрашивает, отпустили Сашу или нет. Наконец, в очередной раз, она слышит по телефону Сашин голос. Саша слышит, как Люся плачет у трубки. Начинает успокаивать своего доброго доктора:

- Люсенька, ну не плачь, это все недоразумение. Все наладится, боженька поможет. Зря ты не веришь боженьке. Не плачь, иди спать. Я тебя тоже люблю. Люся. Это ты мне могла бы и не говорить. Я и так знаю, Люся, что Вы с мужем никогда не бросите моих детей. Да я теперь со спокойной душой могу сесть в тюрьму лет на пятнадцать! Люська, да не вой, я пошутила! Давай, пока. Спи иди и мужа спать положи!

Не спит и старший брат Саши за полторы тысячи километров от Поволжска. У них-то там на Урале уже почти утро. Брату Саша перезванивает сама, он сразу отвечает, видно сидит рядом с телефоном и ждет ее звонка.

Брат услышал в новостях по центральному каналу, что его младшую сестру подозревают в том, что она отравила губернатора Поволжской области. Он звонил и уже раз десять допрашивал Веру. Теперь допрашивает свою любимую младшую сестру, за которую он все еще переживает, не смотря на то, его сестре уже перевалило за сорок.

- Как ты могла? Я понимаю, что у тебя были причины травануть этого старого козла, но как ты могла так подставиться! Отправляй завтра же Юру с Варей к нам, а сама вали куда-нибудь за границу. У тебя же есть загранпаспорт. Денег я тебе вышлю немного, напишешь потом адрес. А сейчас отправляй детей с Верухой ко мне и сама сваливай срочно, пока они тебя не закрыли! Я тебе приказываю как старший брат! Ты можешь меня хоть раз в жизни послушать?

- Ты сбрендил, братец? Как ты мог подумать, что я отравила человека? Ты, вообще, думаешь что говоришь?

- Ладно, я понял, я тебе верю. Я тут просто накрутил себе нервы. Все вспомнил про тебя и этого старого козла Теплова, ну и подумал, что ты решила с ним рассчитаться за все.

- Ты там вообще с ума сходишь со своими нервами, такое говно обо мне подумать!

- Ну, ладно, ладно не ори, я и так переволновался. Давай все-таки на всякий случай Юру с Варюшкой к нам отправь. А то Юрка там наслушается новостей-то. Тут я хоть по-мужски с ним поговорю. Там скоро совсем из парня квашню вырастите, одни бабы вокруг него крутятся. Парню мужик нужен!

- Ничего, мы же с тобой выросли без мужика, и ты на квашню-то вроде никогда не был похож, так что не переживай, братуха. И мой Юрка вырастет и будет таким же классным мужиком, как и ты у меня! Давай ложись спать и не волнуйся. У меня все хорошо, это недоразумение, оно через неделю забудется. Твоя сестра, конечно, немножко авнтюристка, но не убийца. Расскажи лучше как твои девчонки? Как у них в семьях? Что у Асеньки новенького?

- У девчонок все нормально. Маша в апреле переехала с мужем в Пермь, он у нее компьютерами занимается, ты же знаешь. Фирму свою открыл, говорит, что вроде получается. Детишки растут, здоровы. Катюшка у нас все учится, в Ижевске аспирантуру заканчивает, в семье у них тоже вроде все хорошо. Асенька здесь с нами, все историю преподает в Сосновской школе. Она ребеночка ждет. Они с Игорем точно решили, у них будет нормальная семья и детей не меньше пяти. Два сына у них уже есть. Вот дочку хотят родить. Так что мы с Любаней скоро будем в седьмой раз она бабушкой, ну а я дедушкой.

- Здорово, что у девчонок все хорошо. За меня больше не волнуйся. Ты же знаешь, я на политике зарабатываю, а не участвую в ней. Новости не смотри, даже если что-то говорят, не верь, ты же уже большой мальчик, пора все правильно понимать. Через недельку шум спадет и все забудется. Ты меня понял, братец мой?

- Понял, понял.

- Ну, если понял, то иди спи. У твоей сестры все в порядке. Привет передавай Любане и девчонкам. Все. Пока.

Разговор с братом оказался не последним, не успела Саша отойти от телефона, опять дзинньь. Старый друг художник Женька. Просит поделиться опытом, как можно замочить губера. Саша пообещала опыт запатентовать и поделиться с народом.

Сидит Королева в кресле думу думает. Ира с Верой уехали на вызванном ее такси по домам, дочка перестала кашлять и уснула. Сидит и рассуждает про себя. Получается прямо как у Пятачка, друга медвежонка Вини Пуха. Как-то Пятачок очень спешил поздравить ослика Иа с днем рождения, бежал он бежал с воздушным шариком, и вдруг БУМ!!! Неужели это я сделал такой громкий бум, думает Пятачок. Вот и Саша сидит и думает: неужели это я сделала такой громкий бум!

Через полчаса после моего задержания вся история описана и размещена в Интернете. Все события в вечерних новостях по центральным каналам. Завтра проснусь знаменитой. Откуда такая подробная информация. Пресс-служба в милиции на ночь глядя план перевыполняет? Дыродарский старается? Он все знает, всему главный свидетель. Кто же на самом деле знает все?

Чукчу распиаренного даже жалко. Набросился на меня как голодная собака. Все-таки проще, чем на митингах париться. Верит, наверное, что мэрина Турмака попрут после такого громкого скандала, а тут, он – Чукча распиаренный. Спит сейчас во сне и видит, как местные большие кошельки в очереди стоят, чтобы деньжат на выборы подкинуть. Народ на встречи прет, новый губер автограф просит. Все таки недавно с гор спустился, наивный. Жалко Чукчу.

Поспать бы. Варенька, как ты не вовремя заболела. Сразу припаяют еще одну низость: детьми прикрываюсь. Да х... с ними, поступай как можешь, и пусть все будет как будет. Самой бы завыть-заорать на весь город. Да нельзя: Юра спит, Варюшка носиком сопливым сопит, у Веры слезки на колесках. Брат волнуется, а ему нельзя, у него сердце больное. Кто же их всех успокаивать будет, если я разорусь и сопли распущу? – сказала она сама себе и пошла спать.

* * *

Приехала в следственное управление, как было велено, на следующий день в половине восьмого. В следственном управлении ее пока никто не ждет. Уморились вчера с подозреваемой ребятки, спят еще. Ждать что ли? Через полчаса подъезжают. Ждала Саша для того, чтобы они ее опять на целый день задержали. Спросили, будет ли давать показания. Молчит, потому что и не знает что говорить. Проводили в кабинет, посадили на стул. И ждут, видимо, когда она устанет и начнет плакать у них на плече. Не знают они, старых кержаков, они терпеть умеют! Лучше бы в камеру проводили, там хоть нары есть.

Плохой Жеглов говорит, что Саше надо привыкать к ним, домой она сегодня все равно не поедет. Вот козлы, а попросили подъехать за ее за мобильником, который они вчера случайно якобы потеряли. Прослушку, наверно, поставили. Голос у Саши приятный, не наслушались еще за неделю.

Хороший Шарапов в три часа дня ласково спрашивает гражданку подозреваемую: «Ребята в магазин пошли, может Вам тоже что-нибудь купить?» Доброта спасет мир и Сашу от голода. Просит купить пачку Вог, приносят, сидит и целый день дымит, так что через два часа у следователей в кабинете уже топор можно вешать. Жеглов не доволен, а что делать, начальство велело не отпускать, пока подозреваемая Королева не даст показания.

В пять часов Сашу везут в администрацию губернатора, проводить повторный досмотр ее кабинета и зала заседаний. Меньшиков, первый заместитель губернатора, он теперь на области главный, смотрит на Сашу с показной укоризной. Не х… себе!- думает Саша,- Молодцы, чинушки. Всегда подозревала их породу в массовой трусости, но не так же явно. Кабинет посмотрели, забрали компьютер и диски. Что найти то там хотите, ребятки?

И вот к десяти часам вечера она опять свободна до следующего дня. На следующий день велено идти к следователю, который будет дальше вести мое дело, и фамилия такая подходящая для политических дел: Глупенков.

Может зайти к Меньшикову, думает Саша, поговорить, объяснить что происходит, попросить помочь? Передумала, по его виду поняла, что от нее все открещиваются. Нет предела человеческой подлости. Пожалуй, и Чукча распиаренный сможет у нас быть мэром, он Саше кажется в этой ситуации меньшим козлом, чем все остальные.

* * *

Едет домой. Веруха рассказывает, Чукча дал пресс-конференцию. Обвиняет Сашу в том, что она еще до начала избирательной кампании была куплена местным олигархом Андреем Бердниковым, заслана в администрацию Теплова, именно по заказу Бердникова отравила Теплова. Не слабо. Дыродарский говорит. Веруха, дышит праведным гневом. Со всем жаром своей кавказской души добивает ненавистную ему Королеву. Развел мол старик вокруг себя проходимцев, которые не дают нам, бедным депутатам. С большим и добрым сердцем, заботиться о простом народе. Вышла его газета, Саша Королева на первой полосе во всей своей красе. Заголовок метровыми буквами: «Уголовница на должности помощника».

Саша укладывает своих детей спать и садится в любимое кресло. Сидит и размышляет. Если бы Дыродарскому играть в своем национальном театре, народ бы плакал и цветами его забрасывал. В нашем политическом театре Чукча доверия не внушает. Врет много и часто, поэтому и не верят. В Интернете, газетах и по телику придумывают самые разные версии. От - Чукча сам все придумал и меня преднамеренно подставил, до – я отравила Теплова по заказу «Тока», потому что губер перестал быть управляемым и они задумали поставить новую фигуру. Не верят, конечно, но читают и смакуют. Журналист Веселов активно сотрудничает с органами, дает показания, передал видеозаписи со встречи с партиями органам. Классика жанра. Дарья Донцова отдыхает!

С каких это пор органы так рьяно роют, подпевая левому депутату и оппозиционной газете? Депутат Дыродарский, конечно, почти придворный. Только близко ко двору и телу Теплов его не пускал, боялся испачкаться.

Чукча шваль полная, но «токовцы» на всякий случай держали его при себе, вдруг понадобится какую-никакую грязную работенку выполнить. А Чукча всегда готов, ему для работы головы не жалко, и слюней, и соплей, и визга на митингах. Лишь бы хозяева далеко от себя не гнали. Бедный тупой Чукча выслуживается, вдруг удастся мэрином стать, ведь правил же нашей многострадальной державой другой бесноватый грузин.

Потенциальные кандидаты в губернаторы волнуются, никто не ждал, что Теплов так неожиданно освободит место. Надо подпиариться, рассказать народу о своей доброте и чистых намерениях. Можно запросто в неразберихе, которая сложится при неплановом назначении, проскочить в губернаторское кресло.

Есть и приятные моменты в перерывах между допросами. Звонит добрый доктор Люся. Пытается успокоить Сашу, говорит, что у них в поликлинике, никто не верит в эту чушь.

- Ну не плачь, мой милый Доктор, я еще не в тюрьме. Спасибо, что детей не бросишь. Я это и раньше знала. Знаю, что не на кого мне надеяться. Да не верю я никому. Не волнуйся, больше не подставят, просто больше уже невозможно. Не плачь, прорвемся. Перевернется еще на нашей улице самосвал с пряниками.

Волнуется старый друг художник.

- Женька, газет поменьше читай, спать крепче будешь. Чукча напечатал мой портрет на первой полосе? Как я там? Тебе нравлюсь, ну это главное. Спасибо Чукче. Денег не надо пока, да и не поможет здесь то, что ты называешь деньгами. Все, кроме некролога, пиар. Деньги копи, будем покупать место в приличной тюрьме.

Веруха что-то сопли распустила, плачет почти не останавливаясь. Откуда в ней такой худенькой берется столько жидкости.

- Веруха, мы без тебя давно бы пропали. Ну, все нормально, рано плакать, мы все живы. Что завтра будет, завтра и узнаем. Как моя мамонька говорила, лишь бы войны не было.

Варюшку надо завтра опять погреть, температуры уже нет, может выздоровеет денька через два. Горло плохое, как бы ангины не было. Доченька, сердечко мое, ты у меня как барометр. Мать волнуется, и ты орешь. Хорошо, что Юра пока газет не читает. Для него мама авторитет, человек известный и уважаемый. Как ему объяснить, что в политике так бывает. Сначала ты ею занимаешься, потом она тобой. Не буду пока ничего говорить. Спи, спокойно, мой хороший. Завтра в школу.

Придется, наверно, увозить детей туда, где нет Мухосранских газет, а то скоро какой-нибудь отвязанный журналюга доберется и до Юры с Варей.

Не хочется идти на работу, Варя все еще кашляет, оформлю-ка я больничный впервые за свою жизнь. Надо как-то приспосабливаться к новому социальному статусу. Кто высоко летает, тот больно падает, так кажется? Тяжеленько, конечно, видеть как отводят глаза соседи, как шепчутся за спиной в магазине, меня узнают! Мои подопечные кандидаты в борьбе на выборах на завоевание такой узнаваемости выкидывают миллионы, а на меня Дыродарский так пашет, что за неделю сделал меня суперпопулярной личностью.

* * *

События наслаиваются одно на другое. Саша целый год почти верила, глядя на чинушек, что они в ней души не чают. Вспомнила свой день рождения в период работы в администрации губернатора. Это ж как у поп-дивы! Целый день в кабинет волокли огромные букету цветов и все с низкими поклонами, с фальшивыми улыбками до ушей, с душевными поздравлениями, ведь были даже в стихах! В стиле:

Жила губерния во мраке

Сплошные ямы- буераки,

Но улыбнулось счастье снова

К нам явилась Королева!

Все изменилось со сказочной скоростью. Сашу начинают активно увольнять. За дискредитацию органов государственной власти. Ни х… себе! Она этих говнюков, на которых клейма не куда поставить, дискредитировала! Отдел кадров в полном составе приезжает домой к Саше в семь часов утра, требует, чтобы она подписала предупреждение о том, что уволена. Подписывает.

В детской поликлинике сообщают, что велено закрыть Королевой больничный. Да, у Вари еще кашель, но главврач боится, что она из-за Королевой пострадает. А где же принципы гуманизма, вроде президент в одном из своих выступлений требовал возрождать? А как же новый, защищающий права трудящихся трудовой кодекс? Презумпция невиновности? На что же Саша Королева жить будет с двумя несовершеннолетними детьми? Все законы отдыхают, пока правит ее Величество «номенклатура».

В политике нет друзей, есть только общие интересы. В первые дни Саше звонят самые любопытные, даже спрашивают чем помочь. Она просит подарить автомат Калашникова, говорит что ей все равно сидеть в тюрьме долго, так она хочет прошить очередью сначала Чукчу распиаренного, потом рядами «токовских», всех чинушек на свете и потом ментов рядами, рядами. Еще можно найти того сумасшедшего, который возьмет сейчас госпожу Королеву на работу. Звонки прекращаются. Звонят только старые друзья:

- Нет, милая Вера, на ваши с Виктором зарплаты мы все вшестером. Ваша и моя семья вряд ли проживем.

- Мои должники? Они наверно, вспомнили из «Отче наш» - да прости нам долги наши, как и мы прощаем должников наших. Вряд ли кто-нибудь разбежится сейчас возвращать мне долги. Думаю, даже звонить бесполезно.

- Да, Женька, уже можно подкинуть детишкам на молочишко. Что дальше буду делать? Не знаю пока. С кем встретиться? Да бесполезно это, никто не будет помогать. Не принято в политике. Там же как у всех русских – идет человек в гору - дай ему руку он и тебя подтянет, падает человек с горы - подтолкни.

Вокруг Саши постепенно остается все меньше знакомых. Попробовала позвонить Меньшикову, не берет трубку. Дни и ночи сливаются для нее в сплошную череду допросов, поздних возвращений домой, Вериных слез, разговоров со старшим братом, волнений Ирины, успокаивающих звонков художника Женьки, постоянных угроз Глупенкова закрыть подозреваемую в камеру. Саше начинает казаться, что она уже закалилась как сталь и ничем ее не проймешь.

* * *

Вечером двадцать пятого июня Ирина молча подала Саше телеграмму. Та начала читать и строки расплылись перед глазами: « Умер брат, инфаркт. Похороны первого числа. Люба» Инфаркт! Какая тварь ему сообщила, что с меня не сняли обвинение!

Беда одна не ходит. Брата не вернуть. Надо поехать, увидеть в последний раз, попросить у гроба прощения за то, что редко встречались, за все, что хотела и не успела ему сказать. Попрощаться по-людски, как требует старая кержацкая вера.

Надо бы положить три простых поклона перед иконой, обойти гроб по солнцу, подойти к Костькиному дорогому лицу и сказать слова «Прости меня Христа ради и благослови. Тебя Бог простит и благословит», потом повернуться к иконам и еще два поклона поясных. Потом можно поцеловать и отойти в сторону, по старой вере...

Саша позвонила следователю Глупенкову и попросила разрешить съездить на похороны старшего брата. Глупенков ответил: приезжайте, пишите заявление, представьте копию телеграммы.

Саша честно приехала. Глупенков вручил ей официальное обвинение, взял с нее подписку о невыезде. Потом Глупенков попросил ее посмотреть, сказал надо проверить совпадает ли прописка с местом проживания. Как только Саша отдала ему паспорт, он быстро прошел к сейфу, засунул внутрь Сашин паспорт и закрыл сейф большим ключом. Повернулся к Саше и сказал:

- Вот так, как Вы с нами, так и мы с Вами! Надеялись, что если не будете показания давать, так мы и обвинение не сможем выдвинуть? Мы тоже умеем работать. Я бы мог еще три дня назад Вас в камеру отправить. Да все жалко было, думал женщина, дети маленькие. А теперь решил, что хватит с Вами церемониться! Не будуте давать показания, завтра же в камеру отправлю! Вы меня придуманными похоронами брат не разжалобите! Все, на сегодня свободны. Завтра к восьми на допрос и только попробуйте уехать из города. Я Вас в тот же день во Всероссийский розыск объявлю!

Саша поняла как подловил ее Глупенков. Вчера она могла еще уехать и попрощаться с братом. Вопросов у него нет ко мне! – думала она возмущенно.

У меня есть вопросы. Почему адвокат, который назначен для того, чтобы защищать меня, вместе с Глупенковым угрожает арестом, если я не начну давать показания? Почему поверили бреду Чукчи, ведь на нем клейма негде ставить? Почему доблестные органы так активно поддерживают того, кто сделал шантаж и вымогательство своей профессией? Да я, кажется, начинаю ныть! С чего бы это? Я сильная, уверенная в себе женщина! Из меня гвозди можно делать, не гнусь, не ломаюсь. Но пасаран!

Денег на хорошего адвоката нет. Пора начинать читать уголовный кодекс. Сама себя защищать буду. Так-так оказывается, уже можно привлечь товарища Глупенкова по статье, которая запрещает унижать и оскорблять обвиняемого. Адвокат нарушает уголовный кодекс, пугая меня тюрьмой и принуждая давать показания. Оказывается, адвокат обязан объяснять мне последствия действий, которые предпринимают следователи. Хорошая книжка, надо дать следователю Глупенкову почитать.

* * *

Через неделю на очередном допросе Глупенков выглядит абсолютно счастливым человеко, Саша подумала сначала, что у человека день рождения или другое радостное событие. Глядя на его расплывшуюся в счастливой ухмылке физиономию, Саша не сдержалась и спросила:

- У вас праздник сегодня какой-то?

Глупенков смутился, постарался больше не улыбаться и строго спросил у подозреваемой Королевой:

- Александра Николаевна у вас есть кто-то, кто мог бы Вам в течение часа привезти сюда смену белья и предметы гигиены?

- Нет, некому, сирота я.

Саша подумала, что это у Глупенкова очередные понты такие, но все оказалось гораздо хуже, не зря Глупенков радовался. Он уже видел себя, наверно, не меньше чем на месте тогдашнего начальника УВД Поволжской губернии Титова с большой медалью на широкой груди. Да какая медаль? Орден давайте! Он такой умный и проницательный следователь, с такой перспективной для милицейской карьеры фамилией Глупенков, раскрыл преступление века!

Саша заметила, что в коридоре возле кабинета Глупенкова дожидается пьяненький журналист Веселов. А рядом расположилась и ласково и заботливо с ним разговаривает боевая подруга Дыродарского Росомаха. Спрашивает у него: «Ну, Степочка, как у тебя дела?» Что это она так заботится о нем? Еще три месяца назад этот алкаш работал в Чукчиной газете, а потом сама Росомаха уволила его по статье за пьянство и прогулы. И вдруг такая возродившаяся как птица феникс из пеала любовь! К чему бы это?

Первым делом радостный следователь Глупенков организовал очную ставку Саши с Росомахой.

Саша смотрела на Росомаху, пока Глупенков задавал той умные вопросы про то где она прописана, трудоустроена и так далее. Так вот она чего ждала в коридоре. Ради чего она живет с Дыродарским? Боевая подруга. Золота на пальцах и плечах немерено, как елка новогодняя. Жены новых русских так увешивались лет десять назад. Может трудное детство, пьяные родители, а тут Чукча, тупой и непонятный, конечно, но зато работать не надо, хавчик дармовой.

И вдруг Саша услышала, как Росомаха рассказывает горячо и убедительно про прошедшую восемнадцатого апреля встречу губернатора с представителями коммунистической партии, на которую они с мужем депутатом законодательного собрания Дыродарским были приглашены. У Саши от ее убедительности и осведомленности чуть волосы дыбом не встали! Все, сегодня ее дети маму точно не дождутся!

Итак, Росомаха видела как Александра Николаевна Королева готовила кофе губернатору. Они стояли с Королевой вдвоем возле стола, спинами ко всем присутствующим, рядом с ними никого не было, поэтому Росомаха так все хорошо видела. А видела эта честная подруга оппозиционного депутата, у Королевой в руках маленький прозрачный пакет, и Королева из этого пакетика высыпала белый порошек в кофейную чашку. Потом добавила в эту же чашку две ложки кофе, две ложки сахара. Потом залила все это кипятком и отнесла губернатору Теплову. Росомаха подумала тогда, что Королева приготовила для Теплова лекарство, а сейчас она думает что скорее всего именно тогда она и подсыпала в кофе Теплову яд!

Саше уже становилось не смешно, потому что Глупенков с умным видом всю эту лабудень записывал! Неисповедимы пути твои господи, и не понятно, как сейчас вот в этот самый миг не пошлешь ты на голову этой подлой твари Росомахе молнию? И не покараешь ее страшной карой?

Потом дал показания пьяненький журналист Веселов, он тоже видел как Королева подсыпала что-то в кофе Теплову. Кроме этого он уже предоставил следствиэ пленку записи сделанной им собственноручно на которой Королева подходит к накрытому для кофе-чая столу, берет кофейную пару и поворачивается спиной, что она делает дальшена пленке не видно. но он видел как и Росомаха, белый пакетик в руках у Королевой, когда она готовила кофе губернатору.

Веселов выходит из кабинета Глупенкова и следователь, теперь уже не скрывая радостной улыбки, говорит:

- Ну, уважаемая Александра Николаевна, можете и дальше молчать. Вам это уже не поможет. И без ваших показаний все понятно. Так что я вынужден поступить с Вами не гуманно, отправить Вас в камеру предварительного заключения, пока.

Глупенков начинает по телефону вызывать какой-то автозак и конвой. Саше велено сидеть и ждать. Ждет она не меньше часа. Скорее всего, автозак, думает она, это такая большая черепаха, которая сидит в болоте килиметров за пятьдесят от Поволжска. Как только Глупенков ее вызывает, она выбирается из болота, и, не спеша, ползет на его зов.

Как странно жизнь намешивает событий в наших судьбах. Уживаются в одном промежутке времени счастье и горе, радость и тоска. В одном сердце размещаются одновременно и чувство наполненности жизнью, когда все твое и солнечные рассветы, и радостные дни, и счастливые беззаботные дети; и второе чувство безысходности, при котором понимаешь всю свою беспомощность перед надвигающимися страшными событиями…