г.Ульяновск

Глава 20

У ворот тюрьмы Королеву встречала толпа журналистов падких на сенсации. Солнце в тот июньский день светило очень ярко. Боженька, видимо, вспомнил о ней в своих ежедневных хлопотах о тех существах, которых он, как ему кажется, когда-то наделил разумом, решил организовать ей встречу со свободой в хороших метеоуслових. Спасибо, милый боженька, за то, что вдыхаю свежий воздух, который, как будто обжигает легкие, успевшие привыкнуть к затхлой вони камеры, за то что вижу все небо, а не ограниченный зарешеченным окном его квадрат, - думала Саша.

Но вздохнуть не дали. Прямо в лицо суют ей микрофоны и, стараясь переорать друг друга, задают дурацкие вопросы:

- Александра Николаевна, откуда у чиновника столь невысокого ранга, как помощник губернатора, нашлось два миллиона рублей, чтобы внести залог?

- Александра Николаевна, считаете ли Вы себя виновной?

- Скажите, считаете ли Вы причастной финансово-промышленную группу «Ток» к убийству Теплова?

- Можете ли Вы назвать фамилию будущего губернатора Поволжской области.

Молча продиралась Саша сквозь эту беспардонную шушеру, и лихорадочно думала: «Как же мне от них отвязаться и дойти до остановки, поймать такси и домой». Заметила как поверх толпы навстречу ей пробираются два амбала, одного из них она узнала двухметровый Слава, охранник Андрея Бердникова.

Они бесцеремонно растолкали журналюг, операторов, зевак, и , наконец, добрались до Саши. Слава взял ее за правый локоть, и наклонившись негромко негромко сказал «Александра Николаевна, Андрей Владимирович ждет Вас в машине». Втроем выбираться гораздо легче, Семен и его товарищ по ратным подвигам охранного дела встали плотно с двух сторон от ее, и толпа поневоле расступилась.

Амбалы идут так быстро, что Саша почти бежит между ними. Они ведут ее к машине с затемненными стеклами, задняя дверь открывается, Сашу торопливо вталкивают туда. Машина рвет с места, она оказываюсь в объятиях теплых рук Андрея. Он целует Сашу в макушку и говорит на ухо: «Ну вот, мы тебя и достали, моя королева.».Потом говорит водителю: «Давай сначала к нам в офис», - повернувшись к ней: «Думаю, что у дома тебя тоже будет ждать толпа»

Спасительный круг рук Андрея отгородил ее сразу от всего, на душе солнечно и почти спокойно. Андрей снова говорит ей на ухо: « Я спрячу тебя теперь так, что они больше никогда до тебя не дотянутся. Вера забрала твоих детей пока к себе, потому что эти циники добрались до твоего сына в школе, и дежурят у твоего подъезда.

С ними твой бывший муж развлекается, ему это нравится. С чувством юмора у него все в порядке. Он им такую пургу гонит. Вчера сказал, что ты уже в Объединенных Арабских Эмиратах, потому что у тебя есть старый друг, которому ты помогала на выборах в этой стране стать самым главным шейхом, и он прислал за тобой личный самолет. Представь себе, они в спешке эту пургу загнали на центральные каналы, и в вечерних новостях все это в разных вариантах передали.

Я сначала обалдел, какой старый друг, шейх, какие выборы главного шейха, чуть сам не попался. Когда понял. кто это им все выдал, зауважал твоего бывшего мужа» Посидели помолчали, водитель гнал на бешеной скорости. Была опасность что кто-то из журналистов вычислил машину Бердникова.

К офису подъехали со двора , прошли в небольшое подсобное помещение и остались вдвоем. Вокруг Сашиных плеч вновь сомкнулось кольцо надежных родных рук:

- Я вернул тебя, я тебя не отпущу. Я так хочу, чтобы ты была всегда рядом, и не вспоминай сейчас никаких дурацких анекдотов. Я не мог с тобой посоветоваться и поэтому все сделал без тебя.

Купил тебе дом, не на пруду в Подмосковье, а в небольшом селе Тара, от Поволжска пятьдесят километров, школа и детский сад там есть. Поживете там, пока мы будем доказывать твою невиновность. Слава с Игорем поживут пока с вами, Игорь будет тебя привозить в город, пока с тебя не снимут подписку о невыезде, а потом мы вместе уедем, куда захочешь. Ты извини, не было возможности с тобой все обсудить, твоего сына во дворе достают, Вера его дома держит четвертый день. Она уже в Тару отправила детские вещи и твои частично, мебель, бытовая техника там есть, что надо в ближайшие дни перевезем. Что ты думаешь, моя королева?

- Андрей, ты все правильно сделал. Я хочу скорей к детям.

- Давай пообедаем здесь у нас на верху и поедем.

- Юру с Варей давай заберем сразу.

- Звони Вере, она все знает, только без твоей команды детей не отдает. Сейчас Игорь поедет за ними, он привезет их сам, не волнуйся. Мы выедем одновременно, и там встретимся.

- Хорошо, Андрей, спасибо.

* * *

Когда они ехали вдвоем с Андреем в село Тара, Сашина душа трепетала от непонятных ожиданий. Сначала надо ехать пятьдесят километров по широкой трассе, по которой в обе стороны несется поток дальнобойных огромных грузовиков вперемежку с верткими легковушками. Потом на дороге появляется указатель «Тара» и стрелка указывает на узкую проселочную дорогу. Дальше надо ехать через мосток, который перекинут с берега на берег небольшой студеной речки с названием Тарушка.

За мосточком вдруг встали по обеим сторонам дороги вековые сосны. Они такие высокие, что кажется будто их вершины упираются здесь прямо в небо. Солнце едва достает своими лучами до земли. И начинает казаться, что здесь расположился один из таких уголков планеты, где жизнь течет неспешно от века к веку. Живут здесь веками люди, не интересуясь событиями, которые происходят далеко от них. Они надеются только на боженьку. Который помогает вырастить картошку, вовремя отсенокоситься и вывезти с лугов высохшее сено.

И вот сосновый бор поредел, и дорога начинает подниматься вдоль холма. Слева от дороги глубокий карьер, там добывают кварцевый песок. С холма можно увидеть и все село. Тара расположилась в ложбине, окруженной невысокими холмами. По холмам вокруг села темно-зеленые волны сосновых лесов. А у подножий холмов вокруг деревни несет свои студеные воды небольшая речка Тарушка. С холма видно, что в одном месте речка запружена бревнами и в том месте разлился у подножия холма небольшой пруд.

Андрей смотрит на свою спутницу и замечает, что в глазах ее стоят слезы. Он остановил машину на вершине холма. Они вышли вместе из машины и встали на обочине, обнявшись.- Саш, ну почему ты плачешь? Если хочешь, я подыщу вам другой дом.

- Не надо другой. Мне кажется, что я после долгих скитаний по каким-то совсем чужим мирам, наконец возвращаюсь в свою страну, - глядя на спутника заплаканными глазами сказала Саша. В ее памяти всплыли родной дом, тихий вечер и негромкий голос мамоньки.

- Страна-то, Варюшка и до советской власти наша была, и когда советской власти не будет, страна все равно наша будет. Твоя страна – это вон Визь, да сосняки, да березняки с ельниками. Вот небо над тобой тоже твоя страна, а они воевали за то, чтобы страна их была, советская. Нам, деревенским от советской власти-то какая польза?

Дом, купленный Андреем для Саши, стоял в последним проулке, который как будто ветка из дерева вырастал из широкой центральной улицы. С улицы он выглядел мрачновато. Высокий, бревенчатый пятистенок под крытой шифером крышей. На улицу смотрят четыре окна, они маловаты для такого болшого дома и прорублены чуть выше над землей, чем в других домах.

Дом стоит особняком от всех остальных домов, с одной стороны от дома протекает все та же Тарушка, за огородом она поворачивает и отделяя этот дом своим руслом от всего села. И уже дальше, как будто выполнив своим изгибом русла важную задачу, расслабляется и течет прямо вдоль холма. На центральную улицу села можно попасть только через мост. А с другой стороны дома тропинка к пруду, за которым поднимается холм, заросший сосновым лесом.

Со всех сторон дом огорожен высоким тесовым забором, во двор можно въехать на машине через большие ворота, или войти через калитку. Андрей подъехал к дому, вышел из машины, дождался пока и Саша выйдет. Подошел к ней, приобнял. Он, вообщем то, волновался и думал об одном. Дом какой-то диковатый и место расположения тоже не каждому понравится, понравится ли ей здесь?

- Саш, я долго ходил вокруг этого дома. Он стоит как-то отдельно от всего села. Думал понравится ли тебе все это? Потом прошел вот по этой тропинке к пруду, посмотрел вокруг и у меня аж дух захватило от этой тишины, от того, что здесь ни машин, ни людей и я купил.

- Мне здесь все нравится и дом, и эта речка, ксати как она называется?

- Тарушка.

- Хорошее название, как будто шум от того, что камешки на дне шуршат от быстрого течения. А машина тут чья стоит?

- Слава с Игорем уже здесь, и дети с ними должны быть.Пошли в дом, я уже умею сам открывать калитку, сейчас и тебя научу. Вот видишь здесь в досках небольшая щель, можно просунуть туда два пальца и подцепить там щеколду, поднять ее вверх и калитка откроется. Давай, попоробуй сама открыть, это ведь теперь твой дом. Интересно как ты теперь будешь называться, как местный житель, Таровчанка или может быть просто Тарка?, - говорил Андрей улыбаясь.

* * *

Саша тем временем просунула пальцы в щел между досок. Подцепила щеколду и калитка отворилась. Перед ними открылся широкий двор, с одной стороны крыльцо, с другой гараж, баня, сараи и между ними большой сад. От калитки к крыльцу, потом от крыльца к гаражу, бане и к саду выложены из красного кирпича неширокие дорожки.

- Андрей, как ты смог угадать?

- Что угадать?

- Когда-то давным-давно, там в другой жизни, мы с мамой и братом жили в доме, похожем на этот. И знаешь, что удивительно? Наш дом тоже отделен был от всей деревни ручьем и речкой.

- Я давно понял, что мы с тобой давно были знакомы, просто потерялись. Я, наверно, был в той далекой жизни где-то рядом, каким нибудь камешком в твоем дворе об который ты каждый день спотыкалась, но не замечала.

- Романтично, но не реально. Дом ты тоже сам умеешь открывать?

- Нет, дом крепко закрывается. Я этот дом у одного нашего местного «нового русского» купил. Он тут хотел дачу себе устроить, но неожиданно вынужден был отбыть на постоянное место жительства за границу. Успел только внутри все отремонтировать. Тебе повезло, он успел устроить там ванну и туалет, установил насосы, они качают воду и в доме сейчас водопровод, канализация, газовое отопление и даже горячая вода.

- Я бы и так его любила, он как будто из того моего старого мира.

- С канализацией его тоже можно любить. Тем более достался он мне почти бесплатно, мужик продавал срочно. Вообщем нам повезло. А в дом можно попасть, позвонив в звонок. Вот он здесь у крыльца.

Андрей поднялся на высокое крыльцо, приподнял небольшую резиновую пластинку, приколоченную гвоздями к стене, и нажал на спрятанный там звонок.

Через несколько минут за дверью послышался голос Славы:

- Кто?

- Открывай, я вам хозяйку привез.

Дверь широко распахнулась, из-за спины широкого и высокого Славы сначала высунул голову Юра, а чуть пониже этой головы с другой стороны показалась голова Варюшки. Раздался двойной вопль: «Мама, мамочка!», и с крыльца оттирая от входа амбала Славы проталкиваются ее сын и дочь. Чуть не сбили с ног Андрея, едва не столкнули и мать с крыльца. Но когда это дети обращают внимания на такие пустяки, если в глазах такая радость! Вот она стоит, их мама, без которой Юра уже весь извелся, а Варя вся искапризничалась и наплакалась от души.

* * *

В доме большая кухня, прихожая, широкий коридор и четыре комнаты. В одной их комнат куча из сумок и узлов, предусмотрительная Вера отправила сюда летнюю одежду для Саши и детей. Рядом в куче подушки, одеяла, матрасы, постельное белье. Дом в два раза больше по площади их городской квартиры. Дети вместе с Андреем и Славой идут изучать свои новые владения. Саша идет на кухню, посмотреть что тут имеется из продуктов и посуды. Дети скоро начнут требовать ужин.

- Мама, - на кухню прибежал Юра и прижался к матери, - Вера сказала, что ты уже ждешь нас здесь, мы приехали. А тебя нет, я так испугался, но протерпел, чтобы Варю не напугать. Саша подержала в объятиях сына, успокоила:

- Ты молодец, сыночек, молодец. Все, больше не надо ни о чем волноваться, я больше никуда не денусь.

- Мама, Вера сказала, что мы здесь теперь будем жить, я согласен. Я больше не хочу ходить в ту школу, я их всех ненавижу. Мама, это правда, мы здесь будем жить?

- Правда, Юрик, если не хочешь возвращаться в ту школу, не возвращайся.

Начиналась какая-то совсем новая жизнь. А может старая жизнь? Забытая Сашей в этих многолетних скитаниях в чужом мире в погоне за призрачным счастьем и успехом. И только когда все эти призрачные успехи и счастье, за которые она боролась годами с конкурентами и заказчиками, вдруг рухнули как карточный домик, река жизни выбросила ее вместе с детьми к родным берегам.

Пока готовится картошка, Саша идет в ванную. Надо смыть с себя эту тюремную грязь, которая въелась не только в душу, но и осела на волосах, легла серой полосой под ногтями. Снять засаленные джинсы и серую кофту, которая была голубой, когда по распоряжению недалекого следователя Глупенкова, ее посадили в машину под названием автозак. Пока мать моется, сын и дочь сидят под дверью в ванную комнату. Пытаются что-то прокричать Саше под шум воды, льющейся из крана. На всякий случай они больше не выпускают мать из поля зрения, а то спусти с нее глаза, а она опять пропадет.

Потом она приготовила ужин, накрыла на стол, позвала к столу мужиков и детей. На столе молодая картошка, политая маслом и посыпанная укропом, трехлитровая банка деревенского молока, свежие маленькие еще пупырчатые малосольные огурчики, ломти серого хлеба, тонко нарезанная колбаса. Это Слава успел до их приезда обойти ближайших соседей, разжился у них деревенской снедью.

Сразу за мосточком есть небольшой синий вагончик, в нем магазин. Слава накупил в этом магазинчике продуктов на всю неделю. Сейчас сидит за столом вместе со всеми и рассказывает, что теперь у него в этом сельмаге блат. Хозяйка магазина так обрадовалась денежному покупателю, что на прощанье сбитая с толку его расточительностью, сказала, что если у него кончатся деньги до получки, то он теперь может взять у нее продукты в долг.

* * *

Как-то незаметно в село и в этот счастливый дом пришел тихий и теплый июльский вечер. Андрей и Саша сели на крыльцо и неторопливо разговаривают.

- Саш, я сегодня вас брошу, мне надо возвращаться в город. Славу и Игоря оставлю с вами. Тебе нравится здесь?

- Нравится, так тихо и спокойно.

- Давай тогда будем соблюдать правила конспирации, а то через день-два на эту тихую улочку ворвется какой-нибудь придурок типа Веселова и сломает вам весь кайф.

- Да мне не хотелось бы, открыв калитку, упереться в его наглую пьяную морду.

- Тогда так, по мобильным не разговаривайте, телеграммы с обратным адресом не шлите.

- Слушай, но с меня же подписку о невыезде никто не снимал пока?

- К сожалению, не снимал. Дома там у тебя Туманов, если не возражаешь, пусть он пока там поживет.

- Возражаю, я хочу его выкинуть из своей квартиры немедленно!

- Потерпи немного, выкинешь, сейчас кто-нибудь должен быть у вас дома. Глупенков позвонит на домашний телефон, когда надо будет вызвать тебя на допрос. Туманов ответит, передаст Вере, Вера позвонит мне, я пошлю СМСку Славе и Вы приедете.

- Потерплю, согласна.

- Саша, я прошу тебя, будь осторожна, береги себя и детей, никуда не высовывайся, по селу не ходи пока.

- Андрей я поняла. Все сделаю как надо.

Возле бани прямо на траве развалились как коты Слава и Игорь. Юрка с Варькой как Робинзоны исследуют свой остров, на который вдруг выбросила их судьба.

Перебегая от бани к гаражу, от гаража к сараям, от сараев в сад, дети совершают свои маленькие открытия.

- Варя, смотри, это баня. Мы здесь будем мыться. Ого, тут печка, туда вовнутрь кладут дрова и зажигают их.

- Нельзя зажигать, пожар будет.

- Здесь можно. В печке не будет пожара.

- Смотри, Варька тут муравейник. Смотри, они по дорожке тащат мертвого жука.

- Они его убили?

- Нет, он сам умер. А они его нашли и тащат.

- Куда? На кладбище?

- На какое кладбище. Они едят жуков.

- Какой ужас!, - удивляется Варька, она впервые в деревне, и муравейник тоже видит впервые.

- Пошли в сад, посмотрим что там созрело. Может уже можно с чего-нибудь урожай собрать.

- Пошли.

- Варь, это по-моему яблоня, скоро мы с нее яблоки будем собирать. Смотри, они уже выросли, только зеленые.

- Юра, сорви мне одно. Я хочу сейчас с них урожай снять.

- Сейчас рано, они еще зеленые.

- Ну, пожалуйста, сними мне немножко этого урожая.

- На одно, но не ешь, живот заболит, оно еще не созрело.

- Смотри в траве тоже какие-то ягоды. Варька, они красные. Это по-моему называется Виктория, тетя Ира такие с рынка приносила.

- Дай мне попробовать одну.

- Сама ищи, видишь тут в траве.

- Я тоже нашла.

- О, да они вкусные, они уже созрели. Можно их собирать и есть.

Саша с Андреем все еще сидят на крыльце и слушают детские разговоры.

- Саш, эти маленькие исследователи не перепутают землянику с божьими коровками? Наедятся чем попало. Потом будешь их от поноса лечить.

- Пусть едят, вылечим. Посмотри на них, это же абсолютно счастливые существа, мне не хочется мешать им.

- Ну, смотри, как бы твои дорогие существа не отравились каким-нибудь сорняком.

- Они же разумные существа, значит должны инстиктивно отличать съедобное от несъедобного.

- Ладно, пусть пасутся, действительно абсолютно счастливые существа.

* * *

Андрей уехал. Новая хозяйка дома устроила всем постели. Слава и Игорь в комнатах поближе от входной двери. В самой дальней комнате стояла огромная, шириной не менее трех метров кровать. Бывший хозяин купил эту кровать для себя, а сейчас на ней поместилась вся семья Королевых. Юра с Варей ни за что не соглашались лечь в кровати в другой комнате, и Саша устроила себе и им постели на этой большой кровати.

Юра с Варей уснули как только положили головы на подушки. За вечер так набегались по саду и огороду, что их сил хватило только чтобы дойти до кровати. А Саша лежала с открытыми глазами. В доме и в саду за открытым окном стояла такая оглушительня тишина, что уснуть было невозможно. Но от этой сладкой бессонницы на душе не было ни тревоги, ни беспокойства. Она как будто вернулась домой из дальнего и долгого путешествия.

Что она искала в этих дальних краях так много лет? Рассчитывала, что новые впечатления вытеснят из сердца боль, которая поселилась там после смерти матери? Искала среди жителей этих чужих миров того, кто заменит потерянного в юности Юрку?

Надеялась найти друга и защитника в отце? Она решительно шагнула в эти миры девятнадцатилетней девушкой, а возвращается взрослой женщиной. Хорошо, что она вернулась не одна, боженька дал ей сына и дочь.

Удивительно, что ее сын и дочь, оказавшиеся в деревне в первый раз в своей жизни, здесь чувствуют себя как дома. Как удалось Андрею угадать с покупкой дома? Так много здесь сходства с родным домом в Бабушкино, где они жили втроем с мамой и старшим братом Костькой. Речка, мосток, широкий двор. Саша улыбалась своим мыслям. Перед тем как заснуть подумала: «Завтра надо зайти в тот магазинчик, может быть там за прилавком окажется тетка Анисья. Она тоже когда-то в нашем деревенском магазине давала товар в долг».

* * *

Один за другим шли такие хорошие дни. Погода стояла теплая и солнечная, время от времени поддувал теплый ветерок. У Саши не было здесь ни рабочего кабинета, ни звонков, ни встреч, ни ноутбука, ни Интернета. Она не вскакивала утром как ошпаренная и не бежала на кухню варить себе кофе, чтобы проснуться. Не было ничего из того, чем была заполнена ее суматошная жизнь все последние годы.

Целый день она была вместе с детьми. Открывала заново характеры сына и дочери. Как многого она не знала о своих детях! Ира говорила ей, но она занятая своей бесконечной работой, слушала, но ничего не слышала.

О, боже мой! Юрка колотит Варьку! Варька в ответ плюет в него, и пинает брата по ногам! Юрка чавкает за столом и вообще ведет себя как поросенок, оставляя на столе и под столом после себя груду крошек. Варька в почти четыре года совсем не умеет одываться. Юрка считает себя буддистом, потому что он верит в переселение душ! Как все запущено! Куда только смотрела мать!?

В саду прямо от дорожки из красного кирпича начиналась тропинка, она вела к калитке в огород. Втроем они отправились посмотреть, куда их приведет эта тропинка. Через сад, через огород, заросший сорняками, потому что никто тут ничего не выращивает уже лет пять. И вдруг высокие заросли травы расступились, и они вышли на берег той самой Тарушки, которая течет рядом с домом по улице. Оказывается, она поворачивает и течет еще и за их огородом! Под невысоким бережком песчаная отмель.

- Мама, смотри у нас еще и речка есть. Вот здорово. Варя, пошли, попробуем вода теплая или холодная.

Дети, а вслед за ними и мать спускаются поближе к воде. Тарушка у берега совсем мелкая, у противоположного берега поглубже, дети, пожалуй, смогут даже купаться.

- Мама, можно мы походим по воде, - спрашивает сын.

- Можно, это же ваша речка.

Минут через двадцать вслед за ними на берег выходит Слава, он потерял их. Юра с Варей зашли в воду сначала по колено, а потом все глубже и глубже, уже обрызгали друг друга с ног до головы. Слава посмотрел на них и тоже не выдержал. Скинул футболку и шорты и бултыхнулся в прохладную воду у противоположного бережка. Все трое барахтаются теперь в реке, обдавая себя и друг друга горстями прозрачной прохладной воды. Глядя на их веселую возню, на берегу речки стоит и хохочет беззаботная загорелая, стройная черноволосая женщина.

Она вернулась в свою страну, это ее она так много лет искала. Именно этот невысокий бережок маленькой реки Тарушки. Этот крепкий высокий дом с узкими, прорубленными слишком высоко над землей окнами. Проулок, отделенный от всего села мосточком. Сосняки по вершинам холмов вокруг Тары, сами холмы. Высокое голубое небо, по которому не спеша плывут летние прозрачные облака. Теплый июльский ветерок, который треплет сейчас ее волосы.

Она оглядывает хозяйским взглядом свое хозяйство. Сколько здесь работы! Надо найти литовки и выкосит в огороде эти заросли сорняков. Слава с Игорем деревенские, косить умеют, да она сама, дня за три справятся. Осенью огород надо вспахать, весной еще раз, и может быть, года через два удастся избавиться от этих сорняков.

Следующим летом здесь будет посажена картошка, огурцы, морковь, свекла, лук, чеснок, капуста. В саду надо выполоть всю траву под яблонями, взрыхлить землю на грядах с викторией. Созрела смородина, завтра начнем обирать ягоды. С утра отправим Славу в магазин. Пусть закупает сахар, будем варить варенье. Много забот у хозяйки.

Весь июль и первая половина августа прошли в хозяйственных заботах. Бывшая опытная «пиарщица» Саша Королева занялась хозяйством. Сорняки в огороде были выкошены. В саду вся трава под деревьями и кустами смородины выполота. На плите каждый день стоял новый таз с вареньем. Через день топилась баня, каждое утро пеклись пироги, на обед готовились щи и борщи.

В начале августа прошли теплые дождики. После дождя вечером все вместе переходили по перекату Тарушку вброд и шли гулять в сосновый лес на ближайшем холме. Там появились маслята. Юра с Варей превратились в заядлых тихих охотников. Как только входили в лес, они сразу принимались шнырять под молодыми сосенками и за час гулянки находили на целую корзинку.

А когда возвращались домой, готовили вкуснятину: жареные маслята с молодой картошкой. Благодаря Славе все, что созревало в деревенских огородах в Таре, было и у них на столе. Он нашел в деревне симпатичную тетю Машу, которая с удовольствием снабжала их за копейки всем, что у нее выросло.

Погода стояла жаркая. Саша вместе с детьми раз по пять на дню бегали по тропинке вдоль огорода на Тарушку. Поднимали в воде визг, брызги, устраивали заплывы наперегонки. Юра с Варюшкой исследовали Тарушку метров на пятьдесят в обе стороны. Они, как новые хозяева речушки, решили узнать, есть ли на их речке глубокие места.

Глубокие места на Тарушке были. Саша сидела на берегу и смотрела как на ее глазах то один, то второй исследователь исчезает с головой под водой. Но уже не волновалась, через неделю знакомства со своей речкой оба ихтиандра во всю плавали и ныряли. - Больше ничего в жизни и не надо, - думала она, - дом, сад, речка, солнечные деньки и счастливые дети.

Раз в неделю обязательно приезжал Андрей Бердников. Он разыскал водителя с УАЗиком, на который заставила его пересесть во время губернаторских выборов Саша. Как начальник штаба , она считала, что народ охотнее будет голосовать за него, если он будет ездить по деревням не на своем Лексусе, а на задрипанном УАЗике. На этом самом УАЗике он и приезжал, пока журналисты отслеживали его Лексус.

Про народ точно не известно, но два маленьких будущих избирателя Юра и Варя Королевы встречали Бердникова как лучшего гостя всех времен и народов. Как только он входил в калитку, они повисали у него на шее и принимались объяснять как они без него скучали. - Вот маленькие хитрые бестии!- глядя на них, думала мать.

Их тактику и стратегию она уже давно раскусила. Надо сначала сильно обрадоваться дяде Андрею. Потом дождаться пока он сам догадается распаковать свою сумку и раздать им все, что он привез на этот раз. Все забрать, обрадоваться посильней, какую бы ерунду он не привез. Старательно поблагодарить за все-все. А потом ненавязчиво и ласково перечислить все, что они хотели бы получить от доброго дяди в следующий раз.

Все вместе проводили день, а иногда и два, если Андрей мог остаться ночевать. Особенно здорово было, когда он приезжал на два дня. Тогда топили баню, мужики все вместе парились по несколько раз, брали с собой и Юру. Варя тоже порывалась пойти париться с мужиками, но ей со смехом отказывали.

Приходилось Варе оставаться с мамой и помогать ей готовить угли для приготовления шашлыков. А ей хотелось также как Юрка вместе с мужиками с шумом и покрякиванием выбегать распаренной из бани и нестись по тропинке через огород. А там с криком и постаныванием окунаться в прохладную воду Тарушки. А мама не разрешает! Ничего, вот Варька вырастет и сама себе разрешит что захочет!

В дни с Андреем долго не ложились спать. Готовили шашлыки. Потом сидели в саду и лакомились сочным мясом, запивая его красным вином. Слава или Игорь, в зависимости от того, кто в это время охранял Королевых, уходил спать. Саша с Андреем еще долго сидели в саду под яблонями и негромко разговаривали.

Никто к ним не лез, след Королевой журналисты потеряли. Слава с Игорем по договоренности с Бердниковым организовали вахту. Один охраняет Королевых, второй в это время неделю отдыхает, потом меняются.

На допросы Глупенков вызывал Королеву за это время всего три раза. Его гениальное расследование громкого преступления только в первые дни шло бурно. Теперь следователь приуныл, следствие, как говорится в таких случаях, зашло в тупик. Отправить Королеву в тюрьму только на основании показаний Росомахи пока никто не решался. Новых доказательств ее вины следствием установлено не было и допросы сводились к попыткам заставить подозреваемую дать показания. Королева показаний не давала. Посидит, помолчит и все!

Обвинение не было снято, Саша так и сидела под подпиской о невыезде. От тюрьмы ее спасал пока внесенный Андреем Бердниковым залог.

Только раз за это время встретилась с Верой. Саша вошла к ней загорелая до черноты, веселая. А Веруха встретила ее со слезами на глазах, не плачет, но так тяжело со всхлипом вздыхает, что Саша спрашивает:

- Верка, ты что хоронить меня собралась? Встречаешь меня как тяжело больную?

А подружка Веруха в отличие от граждан спокойно проживающих в Таре, смотрит новости и читает газеты! Она сбивчиво излагает Саше новости большой политики.

Пока они спокойно занимаются садом, моются в бане, готовят варенье, здесь, на большой земле, где люди в отличие от них смотрят телевизор и читают газеты, Андрей Владимирович Бердников попал под прицел прессы. Нашлись журналюги, которые на следующий же день вычислили, кому принадлежит машина, встретившая у ворот тюрьмы подозреваемую в убийстве губернатора Королеву.

Все сопоставили и готова новая информационная волна: Чукча еще в апреле излагал эту версию отравления Теплова, но тогда она не прижилась! А тут как только Бердников внес залог за Королеву, все опять вытащили в прессу и взялись на этот раз и за Бердникова. Он старый враг Теплова, Теплов снял его с предыдущих губернаторских выборов по суду. Неизвестно еще кто стал бы губернатором, если бы не удалось снять Бердникова. Королева, как известно, сначала занималась раскруткой Бердникова, а во втором туре, когда Бердникова сняли с дистанции, вдруг появилась в штабе Теплова. Все, новая версия напрашивается сама собой!

Королева, оказывается любовница Бердникова, а любовницей Теплова она только прикидывалась. Они с Бердниковым и составили план мести Теплову и «Току». План состоял, оказывается, в том, чтобы Королева, как, Штирлиц, внедрилась в стан врага, втерлась в доверие, а потом уничтожила врага. Теперь Бердников ее отмажет от суда, денег у него навалам, сам станет губернатором и вот оно, простое номенклатурное счастье, они вдвоем со своей убийцей-полюбовницей у кормушки под названием «областной бюджет».

Но спокойствие Королевой уже и обухом не перешибешь. Она начинает смеяться еще в середине Вериного рассказа, потом спрашивает:

- Вера, ты фильм по Булгакову «Собачье сердце» смотрела?

- Смотрела.

- Еще раз посмотри, и запомни, что старый интеллигент профессор Преображенский сказал по-поводу газет. Не читай до обеда советских газет… И после обеда не читай. Телевизор тоже брось смотреть. И запомни все, кроме некролога, пиар. А может быть тебе к нам в Тару поехать?

- Пока не могу. У Павлика тренировки, Виктор работает. Кто их без меня кормить будет?

- Ладно, Веруха, корми своих мужиков. Все наладится, нервы не порть. Нам с тобой еще долго жить надо. Но пасаран?

- Но пасаран, - промямлила Вера в ответ без всякого энтузиазма. Эк, ее зацепило!

Пока ехали с Игорем обратно, думала. Журналисты, это они не со зла, просто уровень провинциальной журналистики у нас такой. Не раз за время работы в качестве помощника губернатора Александра убеждалась, как легко и профессионально, лучше любого дрессированного пса, журналисты выполняют любую команду.

Особенно хорошо у них получается «К ноге», для этого надо просто показать деньги, не надо много, они как голодные собаки, только те реагируют на запах мяса, а эти просто на вид денег. Любые переговоры с нашими местными журналистами проходят легко, если договориться о цене вопроса, а потом отсчитать оговоренную сумму и положить рядом с собой.

Все, журналюга выполнит любую команду: хочешь обгадит конкурента на выборах, хочешь сочинит душещипательную историю про своего кандидата. Так же охотно они выполняют команду «Фас!». Эту команду они могут выполнять не только за деньги. Но и из-за любви к чистому искусству. Происходит это просто. Вот был человек при власти, трогать его было нельзя, иногда, конечно его критиковали, но так чисто символически, нервишки пощипать. Но ни в коем случае не обидеть. И вдруг эта гора по какой-либо причине сваливается со своих вершин. Вот тут и наступает то счастливое у журналистов время, когда они выполняют команду «Фас» не за мясо, и даже не за деньги, а для души.

Чтобы написать по-настоящему интересный материал, соответствующий действительности, надо копаться в архивах, ездить в командировки, а иногда даже проводить собственное журналистское расследование. Нашим местным журналистам это непривычно, работают они за копеечные гонорары в ангажированных местным властям или конкретному влиятельному лицу, содержащему газету.

В основном люди сильно пьющие, испорченные годами безделья в официальных газетах, на официальном телевидении. Усвоили хорошо, попробуй, копни под кого-то конкретного, кто сейчас у власти, и останешься без работы. А тут благодатная тема: во-первых впервые можно писать про губернатора все. Что захочешь, потому что его нет в живых, а его оставшиеся замы и помы вякать не смеют. Неизвестно еще как все сложится, кого назначат следующим губернатором, кто останется у кормушки. А кто окажется не у дел, а то и как Королева на скамье подсудимых.

Поэтому создалась такая редкая в России возможность погавкать громко и на всех слонов сразу, но у них тоже есть понимание ситуации. Как только кто-нибудь скомандует этой журналистской шушере: «К ноге, молчать!», они команду быстро выполнят, потому как инстинкт уже сложился за годы демократии: гавкать только пока платят и на того, на кого велено. Чувствуя, что эта свобода слова ненадолго, они готовы выдавать ложь за правду и кривить душой. Только бы не пойти в разрез с мнением того, кто платит.

А сказать: «К ноге!» в Поволжской губернии все еще некому. Что-то кремль медлит с назначением нового губернатора. Меньшиков спит и видит себя в губернаторском кресле. «Токовские» братки все кремлевские пороги обили, денег туда уже навалом отвезли, но назначения Меньшикова добиться не могут. Называют пока разных кандидатов, но чаще всего можно услышать, что к осени президент пришлет своего.

В Таре по-прежнему дни проходили в хлопотах. Слава проверил печки, все три были в порядке. Газовое утопление это, конечно, хорошо, но печка зимой, это здорово. Саша попросила его узнать, где в селе берут дрова. Он нашел лесничество, договорился и через неделю им привезли грузовик березовых чурок. Они дружной компанией принялись колоть, стаскивать наколотые поленья в сарай и укладывать там в поленницы. Саша имела намерения зимовать дома, в Таре.

* * *

Смотрел-смотрел боженька сверху сначала на хозяйственные старания этой снова деревенской «девушки». Потом всю эту дребедень с обвинением Королевой, с ее задержанием…. Сердце у старика не выдержало! Решил он, видимо, послать какого-нибудь ангела, пусть и самого завалящего, чуть подмогнуть этой самой Королевой…. Одна-то она, похоже, не справляется.

И вот уже бежит от огорода по тропинке охранник Игорь. Запыхавшись, говорит Саше:

- Там женщина приехала, Татьяна Виленовна, ищет Вас, говорит что-то срочное. Сказала, адрес дал Бердников. С ней Ваш водитель Серега. Че делать будем?

- Надо поговорить с ней, вдруг и действительно что-то серьезное.

- Бердников, вообще-то, велел никого к дому не подпускать, - напомнил Игорь.

- Так если он сам адрес дал, то можно, - присоединился к разговору Слава, выскочивший из речки.

- А может она врет, что Бердников адрес дал, – продолжал Игорь.

- Не должна врать, тетка нормальная. Тем более она с моим Серегой. Давай, иди, веди их в дом, я сейчас тебя догоню, - говорит Саша.

Игорь пустился легкой рысью в обратный путь.

- Слав, останься, вытащи Юрку с Варькой и приведи их домой.

- Эй, пацаны и девчонки, из воды шагом марш, мать велела!- слышит за спиной Саша Славин зычный голос.

- Дядя Слава, ну давай еще немножко покупаемся, идите к нам.

Слышен бурный всплеск. Понятно этот большой ребенок сам обратно в речку бултыхнулся. А велено было детей вытащить!

И вот божьи посланники уже сидят в гостиной небольшого и уже почти уютного дома. Входит хозяйка. Они не виделись с Танечкой и Серегой два месяца. Как все изменилось с тех пор! И Танечка из всесильной и величественной секретарши в приемной губернатора превратилась в обычную старушку с грустным выражением лица. И Саша Королева из всесильной Тэтчер превратилась в обвиняемую в убийстве. Как все в мире не надежно и относительно!

Грустным старушкам полагается часто плакать, вот Танечка и плачет. Она подходит к Саше и со всхлипыванием обнимает ее. Саша пытается остановить слезы этой грустной старушки:

- Татьяна Виленовна, Вы по кому плачете?

- Сашенька, я уж сама не знаю по кому. По Теплову уж отплакалась, потом по тебе начала.

- Ну, и помогает? Теплов встал из гроба?

- Ну ладно, ты хоть шутишь, значит, не падаешь духом, - вслипывает Танечка на груди у Королевой. Саше так и пришлось стоять посередине комнаты, придерживая обнимающуяся и плачущую грустную старушку.

- Я может, и упала бы. Да дальше некуда. Путь от шикарного кабинета в администрации области до тюремной камеры я уже прошла. А дальше только на гильотину. Но, слава богу, у нас смертную казнь пока не применяют, - говорила Саша, держа в объятиях Танечку. А та прикорнула к Сашиной груди и не хочет отходить. Плачет с удовольствием. Два месяца она искала, у кого на груди поплакать, и вот нашла!

Саша оторвала все-таки Танечку от себя и подтолкнула к креслу. Можно теперь и на Серегу взглянуть.

- Серега, да ты никак похудел?

Ее Серега сидит в кресле, а выражение лица такое же, как у Танечки.

- А ты по кому плачешь?

- Я не плачу, я грущу, - чуть повеселел Серега.

Саша не унывает. Может все еще не так плохо?

Он без нее уж столько дел наворотил! Меньшиков попробовал его после увольнения Королевой передать вместе с машиной другому чиновнику под задницу. Серега разорался про несправедливое увольнение своей хозяйки, три дня не выходил на работу. Получил в результате статью в трудовую книжку за прогулы.

Теперь его с этой статьей никто на работу не берет. Он сначала боялся сказать про статью своей жене. Сказал и удивился. Его жена, такая правильная во всех отношениях тетка, посмотрела на Серегу и задумчиво изрекла:

- Надо было еще плюнуть этому Меньшикову в харю! Королева им еще покажет! Иди пока в таксисты. Как-нибудь проживем.

Теперь Серега и жил как-нибудь. Скука невыносимая! Сидишь в машине, и ждешь, пока какой-нибудь мудак не соизволит с тобой прокатиться! Хорошо, что Александра Николаевна из тюрьмы выбралась. Может она что-нибудь придумает с его работой? Вот такие мысли бродили в голове у Сереги. Выражение лица, как у грустной старушки, исчезло, он улыбнулся.

- Не грусти, Серега, перевернется еще на нашей улице самосвал с пряниками!

- Скорей бы уж! – уже гораздо веселей ответил верный водитель.

- Скоро только кошки рожают, - поддержал разговор Игорь.

- Саш, я уж два месяца тебя ищу. Никак не могу встретиться. Домой ездила, там меня Веселов у твоего подъезда выловил. Он видно живет там, он ко мне, я бегом от него. А этот гад, на следующий день в газету написал, что пыталась пройти в твою квартиру, чтобы замести какие-то следы, видимо, не чиста у меня совесть.

Я к Меньшикову, он пока за губернатора, говорю, помоги мне ее найти. Он вместо помощи сказал «На пенсию иди, не суй нос, куда не надо!» Я в тюрьму поехала, меня к тебе не пустили, говорят мне как свидетелю нельзя. Хорошо, я сообразила к Сереге, он меня отвез к Бердникову. Бердников тоже не говорит где ты. Я побоялась ему рассказать то, что тебе хочу, вдруг хуже сделаю. Как только я его не упрашивала и богом клялась, и всю жизнь свою ему пришлось рассказать, еле договорились.

Мне надо кое-что сказать тебе. Я уж не могу на эту свистопляску смотреть. Теплов-то, наверно из гроба скоро встанет. Не вытерпит, как они набросились на тебя, как шакалы, - это все быстро и со всхлипываниями говорит Танечка, и в конце горячей речи все-таки плачет.

- Пойдемте на кухню, чайку попьем. Игорь, возьми Серегу с собой в сад, там на столе полно еды еще не убрали после обеда, накорми человека. И крикни, пожалуйста, Славе, пусть вытащит детей из речки, простудятся, вода то холодная, - распоряжается Саша.

- Пошли, - говорит Игорь Сереге, а потом Саше- Славу теперь самого надо вытаскивать из речки. Счас вытащу их всех троих.

На кухне Танечка плотно прикрывает дверь, оглядывается, жестом отзывает Сашу в дальний угол. Там они и садятся рядышком на стульях. Танечка горячо шепчет Саше прямо в ухо.

- Послушай, что я тебе хочу рассказать. В январе, второго числа Теплов меня вызвал…

Из тихого сбивчивого шепота, перемежаемого всхлипами и слезами, Саша поняла следующее. Теплов второго января текущего, как говорят чиновники, года вызвал свою секретаршу на работу. Она приехала, сразу прошла к нему в кабинет. Теплов был не один. Он разговаривал с двумя мужиками.

Одного мужика Танечка знает, это был Виктор Пахомов. Связист, с Тепловым знаком был давно, уже много лет время от времени этот Пахомов выполнял для него разную работу. Танечка сама часто созванивалась с Пахомовым, если шефу нужно было срочно установить телефон, видеонаблюдение. И вообще, по всем вопросам, связанным с телефонами, видеокамерами, интернетом, они обращались к Пахомову.

Секретарша села в кабинете у шефа в сторонке и стала ждать, пока ей дадут ценные указания. Из разговора между Тепловым и связистами она поняла, что Филипп Матвеевич решил установить видеонаблюдение за своим кабинетом и еще несколькими помещениями, которые он использует для работы.

Танечка сделала для себя вывод: боится как бы «Токовские» братки что-нибудь не вытворили. Она уже поняла, что в последнее время между губернатором и его замом Меньшиковым как черная кошка пробежала. Разговаривают друг с другом сквозь зубы, за закрытой дверью, когда они совещаются, слышен ор и мат.

В кабинет к Теплову зачастили Тормозов с Шизяновым. Выходили от него бешеные, и в приемной губернатора секретарша слышала, как они называют губернатора нецензурными словами. Танечка такие слова не говорила, воспитание не позволяло. Но если перевести на русский язык, то получалось, что Теплов упрямая неблагодарная собака женского рода.

Видеокамеры к приходу секретарши уже были установлены и замаскированы. Теплов хотел, чтобы об этих камерах никто в администрации не знал. При Танечке мужики говорили о технических вопросах: как писать информацию, хранить, передавать заказчику. Из разговора можно было понять, что установлено восемь камер: по две в кабинете губернатора, в зале заседаний, в кабинете Меньшикова, и в приемной.

Связисты ушли, и Филипп Матвеевич посмотрел в сторону Танечки. Устало сказал:

- Вот так приходится теперь работать. С волками жить, по-волчьи выть. Хер им, Танечка, а не автозавод! Ты посмотри везде, где мужики камеры ставили. Мусор убери и обои подклей, где отошли. Надо, чтобы не одна тварь не знала, что мы за ними присматриваем.

Верная Танечка задачу поняла хорошо, спрашивать ничего не стала, не привыкла приставать к шефу с пустяками. Сработала как опытный конспиратор. Проверила все места установки камер, замела все следы.

- Саша, я видела, как в новостях крутили ту запись, которую передал следствию Веселов, - продолжала со всхлипами Танечка, - там снято со стороны зала, и видно как ты готовишь кофе Теплову. Я тогда и вспомнила про спрятанные камеры. Одна камера в январе была поставлена как раз за тем столом, в углу. Тебя ведь Росомаха подставила, она говорит, что ты в кофе белый порошек высыпала. А если найти и посмотреть запись с той камеры, которую в январе мужики в углу установили, то будет видно, высыпала ты тот порошек или нет! Я два месяца крутила это все в голове, крутила, и пошла сама искать Пахомова. Звоню ему на мобильный, не отвечает. Я к нему на работу, мне сказали, уволился. Домой к нему не пошла, думала вдруг напугаю его, он и выбросит эти записи. И тебя не могла найти.

Танечка замолчала, только продолжала всхлипывать. Саша лихорадочно думала. Так, обвинение выдвинуто на основании показаний Росомахи и записи, сделанной Веселовым. Если найти запись, на которой видно, что Саша никакого белого порошка в кофе Теплова не сыплет, станет ясно, что Росомаха врет. Да, Танечка права, обвинение рассыплется. Ай, да. Танечка. Ай, да, Шерлок Холмс!

- Татьяна Виленовна, а если я попрошу вас рассказать все это Бердникову Андрею? И если можно обо всем, что связано с камерами поподробнее. Он же технарь, может что-то уловит в вашем рассказе еще. Сможете?

- Почему Бердникову-то?

- Некому больше. Бердников не сдаст, может и чем-нибудь поможет. Я ему записку напишу. Мне звонить никому нельзя, журналюги вычислят, и здесь будут дежурить.

- Пиши, раз надо, расскажу Бердникову.

Ангелы божьи уехали. На дом, двор и всю Тару опустился тихий вечер. Двое сидят в сумерках на скамейке в саду, и Саша вполголоса пересказывает Славе, что ей рассказала Татьяна Виленовна. Он воодушевляется:

- Классная тетка, мозги работают. Только бы эта запись была. Может эти мужики в апреле уже ничего не писали. С января по апрель писать, это многовато и затратно. Если запись есть, считайте, что в рубашке родились! Сразу будет понятно, что эта подружка Чукчи врет.

- Слав, найдем запись и вдруг там видно, как я порошок подсыпаю? Ты об этом не думал?

Амбал помолчал минут пять, потом, сурово насупив брови, выдал, не торопясь:

- Я еще на выборах понял, что Вы… смелая, но немного… бесбашенная, женщина. И если сильно обидеть Ваших детей… то думаю…, и убить можете. Как кошка, если ее загнать в угол, то она может броситься и на человека. Вы мне… тигрицу напоминаете. Не трогай меня и моих детенышей…., и я никого не трону. Тронете…, разорву на куски. Вообщем, как в песне, « Мы мирные люди, но наш бронепоезд стоит на запасном пути…» если убьете…, то в открытом бою…, глаза в глаза. Я и сам такой.

Спокойная жизнь в Таре к середине августа закончилась. Только начали привыкать не спеша топить баню, обедать в саду, купаться с детьми в речке и на тебе…. Целую неделю деятельная Королева не находила себе места. Ходит кругами по саду, нахмурив брови, думу думает. Мыслями она очень далеко от Тары. Ищет нужную ей запись, спорит с теми, кто ей не соглашается добровольно отдать найденное. Доказывает следователю Глупенкову, что все его обвинение полная туфта.

Потом начинает уговаривать Славу с Игорем самим броситься на поиски нужной записи. Через неделю Слава сдался. Он согласился, что надо Саше и Игорю съездить в Поволжск, найти Бердникова, узнать ищет он запись или нет. Только собрались ехать, Игорю по спланированному заранее каналу связи пришла смска от Веры Голубевой: Королеву вызывают на допрос.

Слава вздохнул с облегчением: Королеву можно отпускать, на допросы Бердников разрешил. На допросе ничего нового. Королева два часа сидела и слушала доводы следователя Глупенкова и бесплатного адвоката, назначенного для ее защиты, почему ей надо дать правдивые показания и сколько выгод она получит, если расскажет все чистосердечно. Саше было даже слушать их неохота, не то что участвовать в их политическом шоу.

Сразу из следственного управления поехали к Вере. Застали ее в таком же состоянии, что и месяц назад. Смотрит телевизор читает газеты, профессор Преображенский ей не авторитет.

- Вер, помоги Бердникова мне найди. Бывшая секретарша Теплова должна была ему кое-что рассказать. Надо узнать, что он решил делать.

- Он сказал, чтобы я не звонила ему, и не приезжала. Говорит, я нужна как человек, которого не пасут журналюги. Может Павлика попросить съездить к нему?

- Да, попроси Павлика, я сейчас записку Андрею напишу, пусть Павлик мне ответ привезет.

- Пиши, сейчас я Павлу объясню что делать.

Павлик съездил в офис к Бердникову, там хозяина не было. Парень к нему домой, жена в домофон сказала, что Бердников уехал в командировку. Вернулся ни с чем. Рассказал о своих поисках матери и тете Саше. Значит, решила Саша, Андрей ищет Пахомова. Ей оставалось только ждать. Деятельная натура Королевой толкала ее подключиться к поискам связиста самой.

Решила съездить на телевидение, спросить его адрес. На что приставленный к ней бдительный охранник Игорь сказал примерно следующее: тпру, лошадка, мне велено следить, чтобы Вы никуда больше не влипали! Поэтому никуда я Вас, уважаемая авантюристка, не повезу кроме как в деревню! Так и сделал.